Многие люди очень стараются, придумывая свой костюм. Мужчина слева переоделся Джеком-Воробьем. Справа: Доктор Томмазо Койн.

Каждый год миллионы людей приезжают в Кёльн, чтобы отпраздновать там карнавал. Они надевают костюмы, поют, танцуют, выпивают. Происходят ли при этом несчастные случаи? Так прошел этот день в прошлом году у врача неотложной помощи, доктора Томмазо Койна.

Прошло уже больше трех часов, прежде чем первую пациентку привели в палатку неотложной помощи. До этого доктор Койн общался с санитарами, наслаждался утренним солнцем. Хотя, он скорее сова, чем жаворонок. Чтобы подольше утром поспать, он подготовил все накануне: провиант на день, врачебная спецодежда. Прозвонил будильник, заспанный, он надел штаны и сапоги, почистил зубы и — на велосипед.  Его будит не горячий эспрессо, а прохладный утренний воздух.

Доктор Томмазо Койн – врач-ассистент, работает время от времени врачом неотложной помощи.

Пациентка лет семидесяти. Она не хочет, чтобы ей ставили капельницу. В больницу она тоже не хочет – не считает необходимым, так как, находясь там, она может весь день испортить дочке и внучке. Санитары и дочь пытаются переубедить ее. В конце концов парамедик берет слово. Он многое повидал — уже более 30 лет на этой работе: «Представьте себе, Вы находитесь в машине с четырьмя цилиндрами, и один из них поломался. До Эссена еще протянет, но потом может все посыпаться. Вы же хотите пожить еще ради дочери и внучки». Откровенные слова, которые убеждают. Пациентка соглашается и доктор Койн, который слышал речь своего коллеги, улыбается.

«Я – джокер»

С водителем машины скорой помощи разговаривает также не доктор Койн, а парамедик. Направление в больницу с целью исключить инфаркт: проверить анализ крови, сделать ЭКГ. «У женщины началась мерцательная аритмия», — говорит парамедик. Здесь подключается доктор Койн: «Мы не знаем точно, когда началась фибрилляция предсердий».
Позже он поясняет, что существует разница между тем,  началась ли аритмия только что или несколько недель назад. Коллеги в больнице будут тогда по-разному лечить. Только теперь он вступает в разговор, когда это становится абсолютно необходимым. Позже он рассказывает, что у него иногда возникают проблемы с тем, чтобы отстоять свое мнение. Хотя он бегло говорит по-немецки, не всегда другие воспринимают его всерьез.

В разных местах в городе расставлены палатки неотложной помощи. Большинство кушеток, однако, остаются незанятыми.

После того, как пациентку увозят, в палатке снова наступает спокойствие. Один подросток в компании друзей кричит: «Спасибо, что вы о нас заботитесь». Невдалеке, с Хоймаркта, доносится пение празднующей толпы. Доктор Койн садится на носилки перед палаткой. Ему 29 лет, он родился в Италии. Со своей женой он познакомился на вечеринке на Канарах в то время, когда он был еще студентом. Отношения на расстоянии не подходят ему, поэтому на следующий день после своего экзамена в Италии он улетел в Кельн.

Он достает свою тетрадь и пролистывает страницы с медицинскими терминами и расписанными различными видами терапий. Всегда, когда ему встречается новый термин на немецком языке, он его записывает. Чем точнее он сможет выражаться, разговаривая с коллегами и пациентами, тем лучше.

Санитары группками идут на поиски тех, кому нужна помощь.

Он работает в одной из девяти палаток неотложной помощи, установленных в старом городе Кёльна. Кроме него в палатке работают 16 санитаров и санитарок. Санитары постоянно выходят, чтобы посмотреть, не нужна ли кому-то помощь. Доктор Койн остается в палатке. Если поступит кто-то с тяжелым случаем, то он должен быть на месте.

К взрыву бомбы они тоже подготовлены. В таком случае будет передано кодовое слово, и они должны будут, по возможности спокойно, покинуть палатку. К месту происшествия следует торопиться с осторожностью, так как существует вероятность того, что другие бомбы будут еще взорваны, объясняет один санитар.

Следующая карьерная цель – горный спасатель в Гармиш-Патенкирхене

Этот молодой король слишком много выпил. Санитарка Лиза отправляет его с бутылкой воды домой.

После обеда небо затягивается облаками, степень опьянения во всем городе продолжает расти. Несколько празднующих приходят для вытрезвления, еще кому-то оказывают медицинскую помощь. Доктор Койн обрабатывает рваную рану на левом глазу семнадцатилетнему парню, который оказался в центре драки. Парень дрожит, хочет сесть на раскладушке. Доктор Койн укладывает его обратно: «Успокойся!», -говорит он тоном, не терпящим противоречие.

Уже в юности Доктор Койн поражался горным врачам-спасателям, которые работают в снегу и во льду. Когда он во время катания на лыжах сломал два позвонка, и был спасен, то подумал: «Я тоже хочу это делать. Работа горным спасателем в Гармиш-Патенкирхене стоит на самом верху его карьерных планов.

А еще этот несчастный случай в Маракеше, который он всегда вспоминает, когда его спрашивают о выборе профессии. Он стоит на красном светофоре в машине, взятой напрокат. Три часа утра, его самолет скоро улетает. Слева его объгоняет мальчишка на мопеде. Шлема на нем нет, и красный свет для него не существует. Ни юный водитель мопеда, ни водитель Рено Сценик не замечают друг друга вовремя. Мальчишка летит в воздух и падает на бетон, водитель Рено жмет на газ и уезжает.

Когда первой помощи недостаточно, пациентов отправляют в необходимую больницу.

Никого нет на улице, кроме доктора Койна, в то время еще студента медицины Томми. Он останавливается и включает аварийные фонари. Ищет сигнальную жилетку, одноразовые перчатки и аптечку. Ничего нет. Он бежит к мальчику. У мальчика течет кровь из ушей, хватает воздух ртом, без сознания. Наконец останавливается проезжающее мимо такси. Нужно стабилизировать позвоночник и ждать скорую помощь. Томми в шоке о того, чтоб он больше ничего не может сделать. Он решает в эти минуты ожидания, что он должен так многому научиться, чтобы при любом несчастном случае смочь оказать необходимую помощь.

Через 12,5 часов его дежурство в этот четверг окончено. Он едет на велосипеде домой, чтобы поужинать со своей женой. В прихожей они тихонько здороваются, одиннадцатимесячная дочь спит в последнее время очень неспокойно. «Как все прошло?», — спрашивает жена во время ужина. Он работает меньше полугода в неотложной помощи в Кёльне, но в одну из своих смен ему пришлось задокументировать три суицида: «Ничего особенного!»

Все фото: ©Michael Gallner